Горбутович Татьяна (gorbutovich) wrote,
Горбутович Татьяна
gorbutovich

Целомудрие побеждает Любовь

Только для сильных духом: Франческо Петрарка (1304-1374) "Триумф Целомудрия" из поэмы "Триумфы". Много высокой поэзии 14 века и практически без картинок, потому что о целомудрии же речь.

Главной героиней "Триумфа Целомудрия" является возлюбленная Петрарки Лаура. К началу работы над поэмой ее уже 4 года как нет в живых. Триумфальное шествие "всех тех, чья твердость Купидона злит" устремляется в Рим, в храм Патрицианского Целомудрия.

"Триумфы" Петрарки начинаются с триумфа Любви. За ним следует Целомудрие – второй триумф из шести.


Битва Любви и Целомудрия. Герардо ди Джованни дель Фора. Национальная галерея, Лондон / The Combat of Love and Chastity. Artist: Gherardo di Giovanni del Fora. Date made: probably 1475-1500. © The National Gallery, London. Source. Фрагмент, по клику на изображении откроется полная версия

Триумф Целомудрия

Когда богов узрел я под ярмом
И смертных, вместе с ними укрощенных,
Блиставших благородством и умом,

И, глядя на героев совращенных,
В слезах извлек целительный урок
Для чувств моих, неволей возмущенных;

Когда постиг, что это за стрелок,
Чью меткость потешает оборона,
Так что спастись бессмертный Феб не мог,



Битва Любви и Целомудрия. Пьетро ди Кристофоро Ваннуччи, прозванный Перуджино (ок.1448-1523). Холст, 160 х 191 см. Лувр

И связаны Юнона и Дидона,
Вслед мужу поспешившая вдова,
Отнюдь не жертва страсти беззаконной, —

Был вынужден признать я: такова
Моя судьба; мне, слабому, негоже
Роптать, когда жестокая [4] права,

И, победив, наказывает строже,
И тот, кто был моим рыданьям рад,
Мучитель наш крылатый связан тоже.

Львов лютых раны так не разъярят,
И, сокрушая твердь одним ударом,
Так молния разила бы навряд,

Как, свирепея, вихрем, нет, пожаром
Воинственный взъярился Купидон,
Мою врагиню обрекая карам.

Что Сцилла, что Харибда! Заглушен
Тот гром, с которым вздрагивает Этна,
Когда гигант поверженный взбешен.

И перед этой крепостью запретной
Непобедимый в бой рванулся так,
Что речь мою готов признать я тщетной

Никто не видывал таких атак.
От страха зрители окаменели.
Взял Купидон стрелу — недобрый знак!

И, напрягая лук, направил к цели.
До уха натянул он тетиву,
Стрелок, не знавший промаха доселе.

Так, своему подвластен естеству,
Не прыгнет леопард на шею лани,
Добычу заприметив сквозь листву,

Как ранить он спешил на поле брани
Прекрасную, чей взор воспламенил
Всю кровь мою, когда среди желаний

Робеет жалость: если бы казнил
Он гордую! Со мною поневоле
Тогда бы он ее соединил.

Но нет! Неколебима, как дотоле,
Вновь доказала Праведная мне:
Заблудшие своей достойны доли,

Страдает каждый по своей вине.
Мы все сочтем задачей непростою
Корабль направить вопреки волне,

Отбить удар с такою быстротою.
От беспощадных стрел ограждена
Красавица своею чистотою.

Всем сердцем уповал я: суждена
Непобедимому победа снова,
И будет мне сопутствовать она.

Как тот, кто не дерзнет сказать ни слова,
Хотя мольба в очах и на челе,
Безмолвная, означиться готова,

Желал я попадания стреле,
Молил я: «Господин мой! С нею рядом
Я был бы счастлив даже в кабале».

Не описать мне, как смятенным взглядом
Я лучника взбешенного узрел.
Не страшен этим праведным преградам

Рой золоченых смертоносных стрел,
Которым в чистоте такой холодной
Нельзя не гаснуть: чистый сердцем цел.

Нет, не Камилле, смелой и свободной [7],
Не деве, что, себе отрезав грудь,
Являлась лучницею превосходной.

Равняться с ней, когда не кто-нибудь, —
Воитель, победивший при Фарсале [9],
На это не сподобился дерзнуть.

Четами с нею вместе выступали
Святые добродетели в строю.
Подобный строй вообразишь едва ли.

Участвовать готовая в бою,
Шла первой Честь и рядом с ней Стыдливость,
Превознося владычицу свою.

Со Скромностью шагала Прозорливость.
С Пристойностью Блаженство заодно,
Со Славой Стойкость; Разум и Учтивость

Вне строя рядом, как заведено.
Любезность, как и Бдительность, — охрана,
Когда врагу довериться грешно.

Седые мысли, понятые рано,
И Целомудрие, и Красота
В союзе неразрывном, как ни странно.

Так выступала за четой чета,
Вдохновлены небесной благодатью,
И дрогнул враг, чье царство — суета.

Восстали мертвецы всемирной ратью,
Победных пальм насильника лишив,
Который помыкал, бывало, знатью.

Соседние народы устрашив,
Разбил не столь внезапно Ганнибала
Юнец, который в душах римлян жив [10].

В Долине Теревинфов не лежало
С таким позором тело силача [11],
Израильтян страшившего сначала,

Сраженного евреем без меча.
Не столь несчастен Кир [12], хотя, карая,
Вдова была страшнее палача.

Как тот, кого скрутила хворь лихая,
Врасплох его застигнув, или тот,
Кто трет глаза руками, стыд стирая,

Виновник наших гибельных невзгод,
Со страхом, с гневом, со стыдом во взоре
Наказан был жестоко в свой черед.

И в бурю так не содрогнется море.
Не в силах Инарину сам Тифей [13]
Так потрясти в своем безумном горе.

Событие достойно эпопей.
Осмелюсь описать хоть неумело
Лишь торжество владычицы моей.

В тот день она была в одежде белой,
При ней Минервин щит, залог побед.
Тогда благое завершили дело,

В летейских водах, там, где меркнет свет,
Цепь остудив алмазную [15], которой
Блистали дамы прежде, нынче — нет,

И к яшмовой колонне, словно вора,
Крылатого злодея привязав.
Не знаю справедливей приговора.

Боюсь, что я запнусь, не досказав.
Не перечислить музам сладкогласным
Всех жен и дев, чей праведный устав

Примером обаятельно-прекрасным
В ней, чистой, в ней, благословенной, дан.
Торжествовала над врагом опасным

Лукреция [16], сорвав с него колчан.
А Пенелопа крылья ощипала
Виновнику смертельных наших ран.

Вергиния [18] с другими выступала,
Отец которой был неколебим.
При помощи разящего металла

Освободил он дочь и с нею Рим.
Шли дикие германки [19] следом дружно,
И в смерти верные мужьям своим;

Юдифь, чья чистота не безоружна;
Утопленница [21], что в морских волнах
Спаслась, когда спасаться было нужно.

Того, кто побеждал, внушая страх,
Связали добродетели мгновенно,
Столь явные в различных племенах.

Весталка там была, что дерзновенно
Несла речную воду в решете,
Оправданная правдой сокровенной

Наперекор публичной клевете.
Эрсилия [23] и с нею остальные,
Чьим спискам тесно будет на листе.

Опровергая домыслы дурные,
С другими вместе чужеземка [24] шла.
Дидону до сих пор чернят иные,

Тогда как перед ней в долгу хвала.
Энея поминать грешно при этом:
Ей жизнь была без мужа не мила.

Шла сзади та [25], что, вопреки обетам,
Покинула спасительный затвор,
Осилена жестоким этим светом.

В роскошных Байях [26], где морской простор,
Там, где прибой звучит весною мерно,
Триумфом этим насладился взор.

Сивиллину обитель близ Аверна [27],
Минуя молчаливо по пути,
Не миновало шествие Литерна [28].

Там жил один [29], в убожестве почти,
Тот, кто открыл нам Африку когда-то,
Чтобы свое прозванье обрести.

Возвышенная весть была крылата.
Такое диво не для смертных глаз:
Пречистая сразила супостата,

И тот, кто сам сражался с ним не раз,
В миру достигший высоты духовной,
Наверное, сказал бы: «В добрый час!»

Торжественно вошли во град верховный
И в храм Сульпиции [30] вступили там.
В том храме погасает пыл греховный,

Чтобы зажечься праведным сердцам,
В Храм Целомудрия потом вступили,
В патрицианский, не в плебейский храм [31].

Прекрасная в своей победной силе,
Трофеи там сложила госпожа.
Листву святую вспомнишь и в могиле.

Достойные там были сторожа.
Себе нанес тосканец юный раны [32],
Не красотою — честью дорожа.

Мой друг привел мне перечень пространный
Всех тех, чья твердость Купидона злит.
Иосиф [33], помню, был среди охраны

И девственный красавец Ипполит [34].




Перевод и комментарии Владимир Микушевич.

Петрарка Франческо. Триумфы / Пер. с итал. В.Б.Микушевича. - М.: Время, 2000.

[Нажмите, чтобы прочитать комментарии]
Примечания к "Триумфу Целомудрия".

В тексте я число сносок сократила, но здесь оставляю их все.

[1] ...спастись бессмертный Феб не мог — Феб — Аполлон, многократно страдавший от любви. Для Петрарки существенно, что Аполлон влюблен в Дафну, дочь речного бога Пенея. Спасаясь от Аполлона бегством, Дафна превратилась в лавр, чье наименование совпадает с именем Лауры.
[2] Юнона — римская богиня, супруга верховного бога Юпитера (в греческой мифологии — Гера, супруга Зевса).
[3] Дидона — вдова карфагенского царя Сихея. В «Энеиде» Вергилия воспета именно беззаконная страсть Дидоны к Энею, толкнувшая ее на самоубийство. В «Триумфе Целомудрия» Петрарка отваживается полемизировать с Вергилием, основываясь, впрочем, на той же «Энеиде», согласно которой в царстве мертвых Дидона отворачивается от Энея и соединяется со своим супругом Сихеем (Книга VI, 470—475). Отсюда, возможно, и погребальный костер, на который Дидона взошла, преследуемая домогательствами царя Ярба и тоской по мужу.
[4]...жестокая... — Лаура. Далее представлена битва Лауры с Купидоном.
[5] Что Сцилла, что Харибда! — Сцилла (Скилла) — скала на калабрийском берегу; Харибда — водоворот в Мессинском проливе у берегов Сицилии. Согласно мифам, Сцилла и Харибда — женщины, обращенные в чудовищ гневом богов, символ двойной опасности.
[6] Этна — Согласно мифу, гигант Энцелад восстал против Зевса, который низверг его под вулкан Этну. Огненное дыхание гиганта вырывается пламенем из кратера, а землетрясения бывают, когда Энцелад пытается сбросить с себя гнет вулкана.
[7] ...не Камилле, смелой и свободной — Камилла — дева-воительница из племени вольсков («Энеида». Книга VII, 803).
[8] Не деве, что, себе отрезав грудь — По преданию, амазонки отрезали себе правую грудь, чтобы лучше натягивать лук.
[9] Воитель, победивший при Фарсале — Юлий Цезарь, одержавший в битве при Фарсале (город в Фессалии) победу над Помпеем.
[10] Юнец, который в душах римлян жив — Сципион, разбивший карфагенского полководца Ганнибала в битве при Заме (202 г. до н. э.).
[11]...тело силача... — Силач — могучий филистимлянин Голиаф, убитый Давидом из пращи (без меча) (1-я Книга Царств, 17, 49).
[12] Кир — царь персидский, которому царица скифов Томирис отомстила за убийство своего сына. Заманив царя в засаду, Том ирис велела отрубить ему голову и погрузить ее в бурдюк с человеческой кровью, чтобы царь наконец утолил свою жажду.
[13] Тифей — восстал против Зевса, был повержен и придавлен островом Инарима (Иския — остров вулканического происхождения у северного входа в Неаполитанский залив). Извержения вулкана и землетрясения на острове миф объяснял попытками Тифея освободиться.
[14] Минервин щит — щит Афины Паллады (Минервы), вернее, ее эгида, на которой изображена голова Медузы Горгоны, обращавшей в камень всё, на что она взглянет.
[15] Цепь остудив алмазную... — Алмазная цепь — символ целомудрия и стойкости.
[16] Лукреция — добродетельная супруга Тарквиния Коллатина, обесчещенная старшим сыном последнего римского царя Тарквиния Гордого. Самоубийство Лукреции возмутило римский народ, что привело к установлению в Риме республиканской формы правления.
[17] Пенелопа — верная жена Одиссея.
[18] Вергиния — Вергинию заколол ее отец Вергиний, чтобы спасти дочь от домогательств децимвира Анния Клавдия, после чего тиранический режим децимвиров был свергнут римским народом. {Анний Клавдий - так в комментариях Микушевича; везде в других местах - Аппий Клавдий. Легенда описана Титом Ливием в «Римской истории», т.3 - gorbutovich}
[19] ...дикие германки... — жены тевтонцев, убитых римлянами, предпочитали самоубийство нарушению супружеского обета.
[20] Юдифь, обольстившая ассирийского полководца Олоферна, чтобы отрубить ему голову.
[21] Утопленница... — Иппона, молодая гречанка, захваченная пиратами и бросившаяся в море.
[22] Весталка... — весталка Туция, несправедливо обвиненная в разврате, доказала свою невинность, с помощью богов донеся в решете воду из Тибра до храма.
[23] Эрсидия — предводительница сабинянок, похищенных римлянами. Стала супругой Ромула.
[24] ...чужеземка... — Дидона — вдова карфагенского царя Сихея.
[25] Шла сзади та... — Пиккарда Донати постриглась в монахини, но была похищена из монастыря своим братом и насильно выдана замуж. Данте упоминает ее в «Божественной Комедии» (Рай, III, 103—108).
[26] В роскошных Вайях — Байи — город в Кампании к западу от Неаполя, с теплыми сернистыми источниками. Любимое дачное место римлян.
[27] Сивиллину обитель близ Аверна — Кумекая Сивилла жила в пещере близ Авернского озера.
[28] Не миновало шествие Литерна — Литерн — прибрежный город в Кампании, куда после побед, одержанных в Карфагене, удалился Сципион Африканский, подвергшийся несправедливым обвинениям. Петрарка всегда приписывал Сципиону строгость нравов.
[29] Там жил один... — Сципион Африканский.
[30]...храм Сульпиции... — Сульпиции — старинный римский патрицианский род. Сульпиция, дочь Сервия Сульпиция, супруга Фульвия Флакка, посвятила храм Венере Верикордии (Чистосердечной), предохраняющей от распущенности.
[31] В патрицианский, не в плебейский храм — В Риме было два храма Целомудрия: храм для плебеев и храм для патрициев, куда и направляется патрицианка Лаура.
[32] Себе нанес тосканец юный раны — Молодой этруск Спуринна собственной рукой изуродовал себе лицо, чтобы не вызывать подозрений у мужей и родичей женщин.
[33] Иосиф — сын Иакова. Будучи в Египте, отверг любовные домогательства жены Потифара.
[34] Ипполит — Дочь критского царя Миноса Федра, жена афинского царя Тезея влюбилась в своего пасынка Ипполита, сына Тезея, а когда целомудренный Ипполит отверг ее любовь, покончила жизнь самоубийством, из мести клеветнически обвинив Ипполита в преступных домогательствах. Проклятый отцом, Ипполит был убит собственными конями, которых напугало морское чудовище, посланное Посейдоном.



Другое любовное и поэтическое:
Пусть она, дочь его, будет следовать за мной, словно бык за кормом
Заставляет она повернуться все шеи мужские, чтобы увидеть ее
Паломничество к Земле Любви: "Книга о Сердце, охваченном любовью" Рене Анжуйского
Книга - лучший подарок. Как пленить девушку - опыт 1500 года
Сердце и куртуазная любовь



Tags: 14 век, Возрождение, Петрарка, книги, литература, любовь, поэзия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 10 comments