gorbutovich (gorbutovich) wrote,
gorbutovich
gorbutovich

Categories:

Иван Щукин: жизнь и смерть

Знакомые утверждали, что все деньги Иван Щукин "«просадил на баб», а окончательно разорила его «старая, хорошо известная в Париже м-ль Берта»." Ивана Ивановича погубили женщины, красивая жизнь, а также Веласкес, Рибера, Мурильо, Сурбаран, Гойя, Эль Греко. Переориентировал собирательский пыл русского друга «на старое, божественное» испанец Игнасио Сулоага.

В ГМИИ им. А.С. Пушкина завершается выставка Щукин. Биография коллекции, проходящая с 19 июня по 15 сентября 2019.

Выставка замечательная, но при этом безусловный победитель в номинации «Самая юзабилити игнорирующая экспозиция года». Мое мнение по этому поводу в конце.


Происходит из собрания Ивана Щукина. Винсент ван Гог. Сад Добиньи. 1890. Художественный музей, Хиросима, Япония / Vincent van Gogh. Daubigny's Garden /Le Jardin de Daubigny. 1890. Oil on canvas. 53.2*103.5 cm. Hiroshima Museum of Art, Hiroshima, Japan. Source / На выставке нет

Также читайте запись "Грех молодости" Сергея Ивановича Щукина.

Иван Щукин.

Иван Иванович Щукин (1869-1908) был младше своих братьев на 18-14 лет. Отцу Ивану Васильевичу Щукину (1818-1890) исполнилось пятьдесят, когда родился Иван. Трое старших братьев-коллекционеров были погодками: Петр родился в 1853 году, Сергей — в 1854, Дмитрий — в 1855. Самым старшим был Николай Иванович (1851-1910). Он увлекался коллекционированием старинного серебра и картин, но охладел к собирательству. Небольшая коллекция была распродана им еще при жизни, стала частью собрания брата Петра.

Все братья Щукины унаследовали любовь к искусству и меценатству от матери, Екатерины Петровны, в девичестве Боткиной. Среди Боткиных имелись видные коллекционеры. Иван Щукин, самый младший из шести братьев, больше других тяготел к аристократизму и западничеству.

2.

Сулоага, Игнасио (1870-1945). Портрет Ивана Ивановича Щукина (1869-1908). Испания, 1899 г. Холст, масло, 139 х 89 см. В собрании Ивана Щукина до 1908 года. Происходит из собрания Фроидрихсона. Государственный Эрмитаж. Source

" Если бы не фамилия, в Иване Ивановиче Щукине (1869-1908) никто и не заподозрил бы купеческого сына: внешностью он пошел в боткинскую родню, был строен и элегантен — не в пример мужиковатым коротконогим старшим братьям. Был «умен, талантлив, остроумен, но не глубок», как в старости напишет учившийся вместе с ним И. Э. Грабарь. В средине 1880-х пятнадцатилетний лицеист смотрел на однокашника по историко-филологическому отделению с нескрываемым обожанием. «Особенно импонировала мне безапелляционность его отзывов: тот — безграмотен, этот — бездарность, третий — пошляк. Я принимал все на веру и только удивлялся ошеломлявшей меня осведомленности — память у Ивана, — вспоминал Грабарь, — была феноменальной, он постоянно что-то читал — по-русски, по-французски, по-немецки. Щукин знал не только всех русских художников, но и французских, немецких, английских, испанских и передавал о них подробности, которые я готов был выслушивать целыми днями». Высокомерием Иван-младший тоже отличался с юности." [Здесь и далее в "красных кавычках" приводятся выдержки из книги 2010 г. «Московские коллекционеры» Натальи Юрьевны Семеновой, главного специалиста по Щукину и Морозову. В 2019 вышло второе издание книги, переработанное и дополненное.]


3.

Иван Иванович Щукин (1869-1908). Конец 1880-х. Source.

Иван окончил привилегированный Лицей Цесаревича Николая, а затем Московский университет. Студентом он стал писать в московские газеты и журналы по вопросам искусства, литературы и философии. В 24 года, в 1893 г. Иван перебрался в Париж, подальше от «доморощенной безвкусицы». Последний раз он был на родине в 1895 году на похоронах брата Владимира (1867-1895). В Париже Иван читал лекции по истории философии в Институте восточных языков и Русской высшей школе общественных наук.

"«Ехать в Москву теперь не помышляю — да минует меня чаша сия! А с Вами был бы рад повидаться и потолковать, но только здесь, на гнилом Западе», — звал Иван в «столицу мира» Остроухова (они когда-то вместе занимались живописью, а потом Илья Семенович женился на его кузине Наде Боткиной). Связями, знаниями, наконец, средствами Ивана Ивановича пользовались очень многие, и очень многие его не любили, называли самонадеянным и циничным, но только за глаза. Особенно нелицеприятно отзывался об Иване Ивановиче А. Н. Бенуа."


4.

Поль Сезанн из собрания Ивана Щукина. Paul Cézanne. Circa 1874. La Maison Rondest, quartier de l'Hermitage, Pontoise (The House and the Tree). Oil on canvas, 65 x 54 cm. LACMA, Los Angeles. В 2014 году частный коллекционер сделал подарок в Los Angeles County Museum of Art (LACMA) в сумме на $500 миллионов. В том числе была подарена эта работа. Source / На выставке нет

Александр Николаевич Бенуа (1870, Санкт-Петербург - 1960, Париж) в дневнике 1906 года: "«Прочел несколько "Парижских акварелей" Щукина [Речь идет о газетных и журнальных публикациях И. И. Щукина, выходивших под заголовком «Парижские акварели» и затем объединенных в книгу с тем же названием (см.: Щукин И. И. Парижские акварели: Очерки и корреспонденции. СПб., 1901).]. Не абсолютно бездарно, но его ненависть к русским за границей ужасно хамская»; «Завтракал со Щукиным. — Кислота скепсиса»; «Обедал с Сережей у содержанки Щукина. — Курьезное общество… — Похабные разговоры… Щукин ни к чему. Дешевый скептицизм, сплетни». Бенуа плевался, но ни разу не отказался пойти со Щукиным на обед или на выставку, потому что перед ним открывались любые двери и благодаря его протекции можно было попасть хоть на великосветский прием, хоть в мастерскую Родена."

Иван Иванович жил в Париже в роскошных апартаментах на авеню Ваграм. В его доме бывали профессора истории и философии, писатели, артисты, художники, а также российские вольнодумцы и политические эмигранты. Живя в Париже, будущий нарком просвещения Анатолий Васильевич Луначарский (1875-1933) часто бывал у Ивана Ивановича.


5.

Paul Cézanne. Nature morte à la bouilloire. Entre 1867 et 1869. Huile sur toile. H. 64,5 ; L. 81,0 cm. @ avec cadre H. 107,8 ; L. 91,4 cm. Musée d'Orsay, Paris, France. Source. Historique: collection Ambroise Vollard; collection Schtoukine, Paris et Moscou; 24 mars 1900, Vente d'un amateur, Paris, Hôtel Drouot, n° 3; <...> 1986, affecté au musée d'Orsay, Paris / На выставке нет

"Иван Иванович Щукин был если не самым известным из парижских русских, то точно одним из них. Адрес «Авеню Ваграм, 91» в русской колонии знал каждый. Если бы на доходном доме на углу авеню Ваграм и рю де Курсель установили мемориальную доску, список знаменитых посетителей вторников Жана Ваграмского (как в шутку называл Ивана Ивановича Грабарь) был бы длинным: Боборыкин, Суворин, Чехов, Мережковский, Максим Ковалевский, Василий Немирович-Данченко, Волошин, Грабарь, Александр Бенуа, Бальмонт, Казимир Валишевский, Онегин-Отто. Впрочем, если бы доску устанавливали французы, то они начали бы со своих: Роден, Дега, Ренуар, Гюисманс, Дюран-Рюэль…"


6.

Клод Моне. Сирень на солнце. 1872-1873. Холст, масло. 50×65 см. Приобретена Иваном Щукиным в 1899 году, затем в собрании Сергея Щукина. ГМИИ. Source

В Русской высшей школе общественных наук в Париже, руководимой Максимом Максимовичем Ковалевским (1851-1916) Иван Иванович "читал курсы по истории христианства, религиозному и общественному движению в средневековой Европе, по истории русского права и истории живописи. Он, как и его коллеги, искал интересных лекторов, чтобы привлечь их к преподаванию. «Вся история религий легла в этом году на меня и совершенно задавила меня своей тяжестью. «…» Читаю я "историю христианства в первые 3 века"; основной идеей курса является постепенное проникновение греческих элементов в иудейские верования, др[угими] слов[ами] — процесс эллинизации восточных доктрин. Читаю я в настоящую минуту "иудаизм", не дошел еще даже до Христа и, конечно, в этом году курса закончить не успею», — писал Иван Иванович в феврале 1903 года тому же Вяч. И. Иванову, согласившемуся по его просьбе прочитать в школе курс лекций «по религии греков»."


7.

Встреча Авраама с Мелхиседеком. Гербранд Ван ден Экхоут. Музей Изобразительных искусств, Будапешт. Из коллекции Ивана Щукина / Abraham Meeting Melchizedek. 1664. Gerbrand van den Eeckhout (Amsterdam, 1621 - Amsterdam, 1674). Oil on canvas. 58 × 91.5 cm. Szépművészeti Múzeum, Budapest. Source / На выставке нет

Иван "собрал уникальную библиотеку по истории русской философии, истории и религиозной мысли, потратив на нее уйму денег. Широким жестом он преподнес большую ее часть Школе восточных языков (Ecole des Langues Orientales — в которой, покинув Школу общественных наук, читал курс русской истории), за что был удостоен ордена Почетного легиона — скромной красной ленточки в петлице, которой, по его собственным словам, «вожделел каждый француз». В том же 1905 году старший брат Петр Иванович сделал аналогичный жест: подарил собранный им Музей древностей с многотысячной коллекцией, зданиями и землей Москве и получил в награду чин действительного статского советника (равнозначный по табели о рангах штатскому генералу).

После смерти Ивана Ивановича Школа восточных языков умоляла Петра Ивановича выкупить оставшуюся часть драгоценной библиотеки его брата. «Как вам известно, наша страна нашла способ отблагодарить Ив. Ив. за его заслуги, — обращался к Петру Ивановичу один из руководителей Школы восточных языков, обещая, что Франция не останется перед ним в долгу. — Я попрошу заказать… ваш личный ex-libris, который потом будет отпечатываться по вашему личному указанию на каждом томе. Сумма на аукционе 5-10 тыс. фр.»."

Раньше считалось, что Петр остался глух к просьбам французской Школы, но недавно исследователи выяснили, что это не так. В день аукциона племянник Григорий Щукин (1887-1910), сын Сергея Ивановича, перевел Школе восточных языков 10 тысяч франков для выкупа библиотеки Ивана.

Иван познакомил своих братьев Сергея и Петра с новой живописью художников-импрессионистов и постимпрессионистов, чьи работы некоторые время были в его коллекции. Позже главной страстью Ивана стала живопись старых испанских мастеров. Дорогостоящие увлечения, страсть к роскоши и отсутствие предпринимательских талантов привели Ивана в тупик. Отцовское наследство таяло, долги росли.


8.

Эль Греко. Пир в доме Симона. Происходит из собрания Ивана Щукина / The Feast in the House of Simon. 1608-1614. Domenico Theotokópoulos, called El Greco. Greek, active in Spain, 1541-1614. Spain. Oil on canvas. 143.3 × 100.4 cm. Art Institute of Chicago. Source / На выставке нет

"К Рождеству 1908 года Сергей Иванович возвратился в Москву. 2 января исполнялся год со дня смерти [жены] Лидии. Утром принесли телеграмму в черной рамке, которую все приняли за выражение соболезнований по поводу печальной даты. В первую минуту никто не хотел верить в страшное совпадение: вечером 2 января у себя дома в Париже внезапно скончался Иван Иванович Щукин.

Ивана Щукина похоронили на кладбище у подножия Монмартра. Сергей Иванович в Париж не поехал. Всем занимался Петр, которому помогал Дмитрий. Поскольку покойный ушел из жизни по собственной воле, презрев христианскую мораль, похороны были устроены гражданские: гроб везли на автомобиле, а тело кремировали. Зинаида Гиппиус вспоминала, что оказалась свидетелем подобной церемонии впервые и была поражена столь необычным ритуалом."

"5 тысяч 775 франков пошли на похороны, а 3 тысячи 700 франков были заплачены за могилу на Монмартрском кладбище и гранитную плиту. Место предусмотрительный Петр Иванович купил на четверых, так что было где потом похоронить Сергея Ивановича, его вторую жену Надежду Афанасьевну и их дочь Ирину Сергеевну."


9.

Сурбаран. Молитва Святого Франциска. Происходит из собрания Ивана Щукина / San Francisco en meditación (San Francisco in meditation). 1632. Zurbarán, Francisco de (España, Badajoz, Fuente de Cantos, 1598 - España, Madrid, 1664). 114 x 78 cm. - Marco: 144 x 106 cm. Museo Nacional de Bellas Artes, Buenos Aires, Argentina. Source / На выставке нет

"Щукинское самоубийство мгновенно мифологизировали: одни уверяли, что 39-летний Иван Иванович застрелился, другие, что принял цианистый калий, и понять, что же случилось на самом деле, невозможно. «Много мыслей вызвала эта смерть у меня. — Да, так жить было нельзя. Такой жизни я бы не вынес… — писал узнавший страшную новость И. С. Остроухов. — Отрицание на первом плане… ничего, ни идеалов, ни реальных отношений. Родина — к черту, предрассудок. Матери, братьев, друзей — нет. И так все и ко всему. А своего-то ничего, глядь, и нет».

Причиной самоубийства Щукина газетчики называли «пачку неоплаченных векселей». У Ивана Ивановича действительно были приличные долги. Вишняков с Грабарем в один голос утверждали, что все деньги он «просадил на баб», а окончательно разорила его «старая, хорошо известная в Париже м-ль Берта». Парижские кокотки пользовались расположением Ивана Ивановича, но не они одни лишили его состояния. Погубили Ивана Ивановича любовь к красивой жизни, но более всего — страсть к коллекционированию, которая, как уже неоднократно замечалось, была у всех братьев в крови.


10.

Эдуард Мане. Портрет Антонена Пруста. 1877-1880. Холст, масло. 65х54 см. ГМИИ. Приобретена И.И. Щукиным в 1899 году. Затем в собрании И.С. Остроухова. Source

Сперва Иван Иванович жадно скупал новых французов, а потом увлекся старыми мастерами. «Постепенно перехожу на старое, божественное», — признавался он Илье Остроухову, которому продал «Портрет Антонена Пруста» работы Эдуарда Мане («Цена оному портрету… две тысячи франков, без уступки»). Так им «были упразднены» Карьер, два маленьких Дега, Пюви де Шаванн и Уистлер. «Представители новой живописи исчезают постепенно, уступая место старым», — сообщал Иван Иванович Остроухову, уверяя, что пока «не заразился ни вандализмом, ни щукинским духом быстрой распродажи».


11.

Игнасио Сулоага (1870-1945). Отшельник. Испания, 1902 (дата каталога выставки "Щукин") /1904 (дата сайта Эрмитажа). Холст, масло. 123,5 х 78,7 см. Картина приобретена у художника в Париже Иваном Щукиным, с 1908 г. в собрании Сергея Ивановича Щукина. В 1931 г. передана из Государственного музея нового западного искусства в Эрмитаж. Государственный Эрмитаж. Source / На выставке нет

К началу века на стенах квартиры на авеню Ваграм появились серовато-охристые полотна вошедшего в моду испанского живописца Игнасио Сулоаги. Под влиянием Сулоаги, считавшего себя продолжателем великих испанцев, Иван Иванович «переключился» на Эль Греко, Гойю и Веласкеса. С этого момента вокруг него и начали роиться слухи о подделках. «Ив. Ив. Щукин… имел большое влечение к русским древностям и к истории искусств; последняя страсть заставляла его покупать картины известных мастеров. А кто покупает картины, тот обыкновенно кончает тем, что перепродает их, — вспоминал М. М. Ковалевский. — …Щукин любил женщин, а эта любовь приводит к необходимости добывать деньгу. Он избрал для этого… торговлю разного рода Греко и Веласкезами, из которых не все были настоящими».


12.

Игнасио Сулоага (Сулоага-и-Сабалето). Испанка в ложе на Пласа де Торес (Женщины в ложе на "Plaza de toros"). 1901. Холст, масло. 94,8 x 100,2 см. Картина приобретена у художника в Париже Иваном Щукиным, с 1908 г. в собрании Сергея Ивановича Щукина. Государственный музей изобразительных искусств имени А.С. Пушкина. Source / На выставке нет

В этой связи интересен мемуар скульптора Сергея Меркурова, пересказавшего слышанное от ближайшего щукинского приятеля А. Ф. Онегина-Отто, знаменитого собирателя пушкинских раритетов. «Ведь я знаю, что с ним проделывали. Сделают копию Веласкеса, привезут в какую-нибудь испанскую деревушку или горный монастырь, подкупят священника или приора и дают знать Щукину, что де, мол, нашли подлинного Веласкеса, можно купить недорого, подменив его копией». Онегин-Отто говорил Меркурову, что не раз предупреждал Ивана и что когда-нибудь Щукин прозреет, но будет поздно. Но Иван Иванович никого не слушал.


13.

Из собрания Ивана Абрамовича Морозова. Игнасио Сулоага (1870-1945). Приготовление к бою быков. Испания, 1903 г. 210х203 см. Государственный Эрмитаж. Сулоага был тогда популярным художником. Он известен как портретист и жанровый живописец, писавший крестьян, бурдючников, танцовщиц, бои быков. В своем творчестве он обращался к наследию старых мастеров: Сурбарана, Риберы, Эль Греко. Source / На выставке нет

Ладно бы он покупал только для себя, но он еще и активно продавал. Но поскольку «его картины покупали не одни русские и американцы, которым легко сбыть всякую фальшь, то дело приняло для него трагический характер — какой-то покупатель из Берлина пригрозил ему процессом. Дела самозваного коллекционера пришли к этому времени в расстройство, он не решился или не сумел вовремя откупиться», — вспоминал Ковалевский.

Рассчитаться с долгами Иван Иванович пытался отчаянно. Братья же спокойно наблюдали за «бедным Ваней», не предполагая, какой трагедией все обернется. «Наш Ваня обращался к Берлинскому музею… с предложением купить у него картины испанской школы, — писал Дмитрий Петру весной 1905 года: коллекция для Ивана Ивановича оставалась единственным способом раздобыть денег, и братья хорошо это знали. — Я боюсь, как бы он не провалился со своими картинами… Гаузер [Д. И. Щукин имеет в виду Алоиза Хаузера, знаменитого реставратора Государственных музеев Берлина] говорил мне, что настоящие картины этих мастеров стоят большие деньги, поэтому надо остерегаться подделки, которых масса находится в Испании… Очень жаль бедного Ваню, должен же он связаться с этим искусством».


14.

Из собрания Михаила Павловича Рябушинского (1880-1960), который был вторым владельцем особняка Зинаиды Морозовой на Спиридоновке. Игнасио Сулоага. Карлик Грегорио. Испания, 1908 г. 187х154 см. Государственный Эрмитаж. Source / На выставке нет

Берлинский музей отклонил щукинских испанцев, не видя оригиналов, еще по фотографиям. Но Иван Иванович все-таки сумел договориться о продаже. Известный берлинский аукционный дом «Рейнер и Келлер» в 1907 году выставил на торги около ста картин (голландские пейзажи и натюрморты, английские и итальянские портреты). Особого успеха аукцион не имел. Полностью погасить долги Ивану Ивановичу не удалось. На самом же деле требуемая сумма (менее тридцати тысяч франков) была не столь велика [для Щукиных - прим. gorbutovich] — почти столько Сергей Иванович вскоре заплатит Матиссу за панно для своего особняка. Но в воспитательных целях братья воздерживались от помощи, полагая, что неудержимая страсть младшего к показной роскоши и любовным приключениям должна быть наказана и если тот умудрился растратить свой капитал до последнего рубля, пусть и выпутывается сам.


15.

Эль Греко. Кающаяся Мария Магдалина. 1576-1577. Холст, масло. Музей Изобразительных искусств, Будапешт. / El Greco (Domenikos Theotokopoulos). Penitent Mary Magdalen. 1576-1577. Oil on canvas. 156.5 × 121 cm. Museum of Fine Arts, Budapest. Source

«На очередном обеде… Щукин обнаруживал, как и всегда, свое чисто московское благодушие, казался веселым, остроумным, предупредительным к желанию своих гостей и после обеда даже поразил их готовностью даром или за пустяк наделить их теми или другими экземплярами своей коллекции», — пересказывал М. М. Ковалевский подробности последнего вечера на авеню Ваграм. Иван Иванович словно нарочно тратил последние деньги на приемы, намереваясь уйти из жизни не менее эффектно, чем дядюшка Василий Петрович Боткин, пригласивший за три дня до смерти «на прощальный пир» старых друзей, чтобы слышать «веселый и живой разговор, который так любим был им и в котором он чувствовал необходимость до самых предсмертных своих минут».

Гости Ивана Ивановича разошлись поздно. «А утром до него нельзя было достучаться. Когда взломали дверь в его спальню, его нашли мертвым. Вскрытие показало, что он отравился».

Братья выставили на аукцион все, что имелось в квартире на авеню Ваграм: картины, книги, мебель. [Таковы законы. Поскольку Иван был несостоятельный должник, то даже если родственники хотели что-то взять себе на память, они должны были это выкупить – прим. gorbutovch] Но устроенная в Отеле Друо посмертная распродажа имущества Ивана Ивановича Щукина не покрыла и половины требуемой для оплаты его долгов суммы. Репортеры злорадствовали.


16.

«Кающаяся Мария Магдалина» Эль Греко в Аукционном каталоге картин Ивана Щукина 1907 г. из собрания ГМИИ им. А.С. Пушкина. Салон искусств Келлер & Райнер, Берлин. Каталог собрания Ивана Щукина, Париж: картины старых мастеров. Берлин: Типография Druck von H.S. Hermann, 1907 / Kunstsalon Keller & Reiner, Berlin. Katalog der Sammlung Iwan Stchoukine Paris: Gemälde alter Meister. Berlin: Druck von H.S. Hermann, 1907. Source

«Спора нет, Иван Иванович понимал толк в искусстве… Но при своем художественном чутье Иван Иванович оказался игрушкой в руках ловкачей, мошенников, барышничающих картинами. Ухлопав на приобретение картин свое довольно значительное состояние, Иван Иванович разорился и в течение последних лет, сохраняя внешний престиж барина-коллекционера, жил куплей-продажей картин. Человек кабинета взялся не за свое дело и, конечно, погорел».

«Жил куплей-продажей картин» — даже газетчики знали, что И. И. Щукин занимался посредничеством. Теперь становятся понятны сетования Остроухова: «Ужасно жалко, даже немного эгоистично жалко. К нему, бывало, в Париже к первому, все разъяснит, сразу введет в жизнь, а кто мне теперь с такой готовностью и участием добудет и Rodin, и Мане, и Goia». Это сейчас в артдилерстве не видят ничего зазорного, а в начале века нравы были совершенно иными. Не говоря уже о подозрениях в попытке сбыта подделок.


17.

В 1907 г. Иван продает коллекцию, договорившись с берлинским торговым домом «Келлер и Райнер». Несмотря на образование, связи и художественное чутье, большая часть работ из коллекции Ивана признаются поддельными. В аукционном каталоге картин Ивана Щукина 1907 г. «Кающаяся Мария Магдалина» записана под номером 88. Салон искусств Келлер & Райнер, Берлин. Каталог собрания Ивана Щукина, Париж: картины старых мастеров. Берлин: Типография Druck von H.S. Hermann, 1907 / Kunstsalon Keller & Reiner, Berlin. Katalog der Sammlung Iwan Stchoukine Paris: Gemälde alter Meister. Berlin: Druck von H.S. Hermann, 1907. Из фонда Научной библиотеки ГМИИ

Раздуваемая вокруг «парижского Щукина» шумиха рикошетом задевала его братьев, хотя их репутация была абсолютно безупречной. Дмитрия и Петра Щукиных уважительно называли «истинными патриотами» и «пособниками обогащения московских музеев» (Петр Иванович подарил свой музей городу, а Дмитрий Иванович регулярно дарил картины Румянцевскому музею). От брата Сергея Ивановича музеи пока никаких даров не получали, а тот факт, что он давно сделал официальное распоряжение о передаче своей коллекции Третьяковской галерее, не афишировался. Кроме попечителя Галереи И. С. Остроухова об этом знали всего несколько человек."


18.

Винсент ван Гог, Сад Добиньи, 1890, происходящая из коллекции Ивана Щукина, в экспозиции Музея искусств, Хиросима. Слайд сайта музея / Hiroshima Museum of Art, Hiroshima, Japan. Vincent van Gogh, Daubigny's garden (F 776 JH 2104), 1890. Source

Интересно, что по воспоминаниям соученика по студии живописи, Иван Иванович Щукин был дальтоником, цвета красок не разбирал. Не способствовал ли и этот дефект зрения покупке подделок?

Существенная часть подлинников из коллекции Ивана Щукина в настоящее время хранится за океаном. Поскольку у России нет культурного обмена с США из-за Библиотеки Шнеерсона, то зал Ивана Щукина на московской выставке оказался бедным на экспонаты. Его оформлением кураторы показали, что это лишь тень коллекции Ивана.


На выставке Щукин. Биография коллекции в зале Ивана можно увидеть Портрет Ивана Щукина кисти Игнасио Сулоага (илл. 2), Марию Магдалину Эль Греко (илл. 15); Сирень на солнце Клода Моне (илл. 6) и Портрет Антонена Пруста Эдуард Мане (илл. 10) из постоянной экспозиции ГМИИ; в витрине – Аукционный каталог картин Ивана Щукина 1907 г. (илл. 16-17)


19.

Портрет Ивана Ивановича Щукина. 1899. Фрагмент. Игнасио Сулоага. Государственный Эрмитаж.

P.S. Выставка Щукин. Биография коллекции масштабная, сложная в организации и у нее большая кураторская группа из достойнейших имен, в числе которых Марина Лошак и внук Щукина Андре-Марк Делок-Фурко. Видимо, из-за наличия семи нянек все немного забыли про посетителей: про удобство восприятия, навигацию и понятность представления материала. Зато в наличии концепция, сценография и единый дизайн. Кураторы, переполненные знаниями, не учли, что в подавляющем большинстве посетители приходят на выставку один раз и в их планы совершенно не входит мучительно разбираться в какую сторону идти, что всё это значит. Как-то странно надеяться на массовую подготовленность зрителей. Хотели выдержать стиль и шпалерную развеску, а получили беспрерывную беготню в поисках этикеток. Много раз наблюдала на «Щукине» растерянность и недоумение посетителей. Зачем заставлять людей чувствовать себя некомфортно, отбивая желание приходить вновь? Может быть я не права. Оговорюсь, что Пушкинский – мой любимый музей в Москве и посещаю я его очень часто. А выставка, конечно же, must see. Сейчас она подошла к концу, поэтому можно чуть-чуть покритиковать. Организация выставки – сложнейший процесс и без недостатков обойтись непросто, но всё же...


P.S. 2 [UPD от 17.09.2019]
Ирина Александровна Антонова про выставку «Щукин»:
«Сам факт выставки – это, конечно, само по себе хорошо. Только, на мой взгляд, это безобразная экспозиция с точки зрения показа. Должна сказать, что не припомню экспозиции хуже. Ни одна выставка в музее не собирала такого количества отрицательных отзывов.<...> Спросила некоторых сотрудников, как же они допустили такое безобразие. Они говорят: «Нам сказали принести картины и уходить».

То, что представлено на нынешней выставке – это только половина коллекции Щукина. При этом факт выставки подается как что-то беспрецедентное, хотя коллекцию Щукина мы уже показывали к его столетию <...>. Тогда мы получили из Эрмитажа и «Танец», и «Музыку» Матисса. Вместе. Показывать «Танец» так, как сегодня он выставлен, абсолютно бессмысленно. Потому что эти композиции имеют внутренний ритм и общее содержание. Видеть их рядом очень важно для понимания концепции произведения. Почему не приехала «Музыка», я не знаю, я не вела эти переговоры. [Про «Музыку» в ГМИИ говорят, что она не приехала из-за плохого состояния - примеч. gorbutovich] <...> Сами вещи-то превосходные, мы это и так знаем. Но почему выставка сделана именно так – непонятно. Все-таки экспозиция должна обсуждаться предварительно. Но этого ничего не было.»

Интервью полностью: Ирина Антонова: Моя цель – возродить музей, который разгромил Сталин. Балуева Анна, 02 августа 2019 // «Собеседник» №28-2019 / sobesednik.ru (Я только сейчас увидела это интервью)


Источники и литература:
Цитаты в "красных кавычках" из книги: Наталия Семенова. Московские коллекционеры, С.И.Щукин. И.А.Морозов. И.С.Остроухов. Три судьбы. Три истории увлечений. М., Молодая гвардия, 2010. Серия: «Жизнь замечательных людей». В 2019 переиздали: Московские коллекционеры: С. И. Щукин, И. А. Морозов, И. С. Остроухов: Три судьбы, три истории увлечений / Наталия Семенова. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Молодая гвардия, 2019. — 439[9] с.: ил. — (Жизнь замечательных людей: сер. биогр.; вып. 1275).
Наталия Семенова. Сага о Щукиных. Собиратели шедевров. – М.: Слово, 2019
Наталия Семенова. Каталог к выставке «Щукин. Биография коллекции», 2019
Путеводитель по выставке "Щукин. Биография коллекции". Издание к выставке. Общая редакция: Александра Данилова. – М., 2019
Сайт ГМИИ Московские меценаты современного искусства // Семья Щукиных
Аукционный каталог картин Ивана Щукина 1907 г. из собрания ГМИИ им. А.С. Пушкина. Соцсети ГМИИ, 27.08.2019
Кураторская лекция Наталии Семеновой. «Сага о Щукине». ГМИИ, 19.06.2019. Наталия Семёнова, доктор искусствоведения, биограф Щукиных, научный консультант выставки.
Наталья Александрова. Лекция «Сергей Щукин. История коллекции». ГМИИ, 10.07.2019. Наталья Владимировна Александрова, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник отдела рукописей ГМИИ им. А.С. Пушкина.


Продолжение про Ивана Щукина: Авантюрная история искусств продолжается. Подделки: арест 2019 и самоубийство начала XX века, 2019-09-16

Выставка «Щукин. Биография коллекции» ранее:
Грех молодости Сергея Щукина, 2019-09-09
Шехтель и Пушкинский музей, 2019-07-24
Весь Пикассо меркнет перед этим портретом Дерена, 2019-09-09


Tags: ГМИИ, Испания, Москва, архив, выставки, музеи, натюрморт
Subscribe

Posts from This Journal “выставки” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 4 comments